«Одежда — это не просто прикрытие тела. В России многие относятся к ней как к тряпкам»: почему российские дизайнеры рассчитывают только на зарубежный рынок

17:12, 02.08.2019


Татьяна Глебова и Лейла Насрудинова называли себя дизайнерским дуэтом, пока под их творческим началом не родился авангардный бренд одежды. SVARKA существует с 2017 года, но уже успела провести свой первый личный показ и принять участие во многих конкурсах и мероприятиях, посвященных моде. «Луна» поговорила с Татьяной и узнала, есть ли конкуренция у модных брендов в России, с какими трудностями сталкиваются молодые дизайнеры и почему они отдают предпочтение зарубежному рынку.

Слева направо: Татьяна Глебова и Лейла Насрудинова

 

— Как у вас появилась идея создания бренда?

— Не было такого, чтобы мы сели за стол и придумали бренд. Изначально мы занимались свободным творчеством и называли себя дизайнерским дуэтом. Только впоследствии, послушав комментарии со стороны и поучаствовав в крупных мероприятиях, осознали, что переросли во что-то большее. Создали инстаграм-аккаунт и стали именовать себя SVARKA. Нам нравится делать сложные вещи, потому что мы вдохновлялись современными дизайнерами, которые создают авангардную моду. Мы используем разные сочетания материалов: можем для одной вещи смешать мех, шерсть и так далее. Стараемся приблизить свою одежду к искусству.

— Насколько сильна конкуренция между молодыми дизайнерами на российском рынке?

— Мы не думаем, что в России конкурентная среда, потому что здесь мода только зарождается: нет конкурирующих домов моды или больших брендов, как в Европе или Америке. Нам кажется, что все это находится еще только в зачатке. Возможно, мы не ощущаем на себе конкуренции еще и потому, что ориентируемся на более высокий ценовой сегмент, более сложный крой, зачастую индивидуальный. Поэтому не считаем, что сейчас в России есть бренды, похожие на нас. А вообще, для нормальной рыночной экономики не должно быть моно-обстановки, необходима здоровая конкуренция. Она влияет на восприятие и развитие нашего населения. Если люди будут видеть много классной одежды и творчества, это будет вызывать желание купить что-то необычное и одеться ярко. Так что конкуренция — это хорошо.

 

 

— С какими трудностями вам приходится сталкиваться в процессе работы?

— Для нас создание коллекций — это в первую очередь творчество, инициатива и желание что-то поменять, что-то сделать. Конечно, нехватка ресурсов — времени, сил и денег — именно то, что не позволяет творить в полную силу и ограничивает потенциал. Приходится все делать самим, на свои деньги. В России нет производств тканей, поэтому их необходимо привозить из-за границы, что, конечно, дорого. Есть оптовые компании, но они стремятся работать с крупными фирмами, которые могут купить весь рулон ткани. Мы пока не можем позволить себе приобретать десять тысяч молний уникального кроя, но это, наоборот, помогает искать другие пути решения, что хорошо. Но, конечно, если бы со стороны государства существовала поддержка таких молодых брендов, как мы, все было бы проще. Однако трудности, возникающие в процессе работы, — это скорее подводные камни, которые в итоге только стимулируют.

— Как вам удалось выйти на международный рынок?

— Мы развивались по мере возможности, пихались во всякие мероприятия, участвовали в студенческих конкурсах, сотрудничали со стилистами. В итоге нас позвали на форум Be in Open, где мы познакомились с Казумой Мори, он наш покупатель. Казума продает достаточно много российских дизайнеров. На форуме он был спикером и читал лекции, потом просматривал портфолио разных дизайнеров — можно было подойти и показать ему свой лукбук. Нами он заинтересовался, оценил нашу одежду вживую, после чего мы стали сотрудничать и благодаря ему вышли на японский рынок. 

В целом, наша одежда лучше продается и читается именно за рубежом, особенно в Японии, где люди не боятся надеть что-то интересное и яркое. Да и в целом, одежда — это не просто прикрытие тела. Многие в России относятся к ней как к тряпкам. Но ведь дизайнерская вещь становится ценной, если ее надевает человек с целью что-то рассказать о себе. Возможно, кто-то скажет, что такой человек — выпендрежник, но мы не так к этому относимся. Мы стремимся к идее, что не одежда — произведение искусства, а человек, который ее носит. Он транслирует какую-то яркую визуальную информацию. Наши коллекции — это не то, что ты просто наденешь, лишь бы не выйти голым на улицу. Сначала ты пройдешь какой-то путь к саморазвитию и самообразованию, чтобы решиться на это и чувствовать себя комфортно.

 

 

— Почему ваш приоритет — именно зарубежный рынок?

— В России все еще царит консерватизм и патриархат: если парень наденет яркую вещь, к нему могут привязаться. Особенно за пределами Москвы и Питера. Поэтому люди в основном носят что-то сдержанное. Сейчас, сделав определенные выводы, мы будем искать новых покупателей и магазины именно за рубежом, потому что в России торговля идет хуже. Нам кажется, что здесь общество еще к такому не готово. Хотя те, кто заказывают и покупают у нас одежду, все равно остаются довольны и проблем ни у кого никогда не возникало. Наоборот, им классно выделяться. Но понять это могут не все. 

Кроме того, нам кажется, что необходимые для производства ресурсы и прибыль будут идти именно из-за границы, а не из России. Поэтому для нас, конечно, приоритетнее сделать себе имя в мире. Хороший пример успеха — музыкальная группа Little Big, о которой поначалу в России никто не знал, но при этом они уже давали концерты в Европе. То же самое у IC3PEAK, они делали свои первые концерты в Китае, а теперь их любят и у нас, весь андерграунд. Гоша Рубчинский опять же. Он бился в России, но когда его в Лондоне взял под патронаж Comme des garcons и он стал общемировым трендом, только после этого о нем заговорили в нашей стране. Мы видим свою историю примерно так же. Мы делаем это ради творчества, но всегда хорошо, когда твое творчество расширяется.

— Были ли трудности, связанные с работой за рубежом?

— Особенных трудностей не было, возможно, потому что не было огромных партий. Но даже по рассказам других дизайнеров, основная проблема — это транспортировка одежды из России в другую страну. Необходимо пройти все стадии перевозки, оформление документов, а чем больше объем коллекции, тем больше возникает проблем. Нам предстоит с этим столкнуться, если мы будем увеличивать объемы продаж. В самой же стране-покупателе особо трудностей нет: если покупателю или магазину нравится твоя одежда, то он делает заказ, платит тебе деньги, что опять же очень классно, так как в России магазины берут одежду на реализацию — платят только в том случае, если вещи купят. Но мы не можем заранее знать, провисит вещь впустую или найдется покупатель. За рубежом же так не делают, что очень удобно: ты можешь сразу вложиться в производство, понимая затраты.

 

 

— Куда планируете расширяться в дальнейшем?

— Конечно, хочется быть везде. На ум приходят Европа, Америка, может быть, Австралия. Страны, где крутится мир. Но на самом деле Азия для нас подходит наилучшим образом — там любят яркое, оверсайз, дерзкое. Поэтому Китай и Корея —

это именно то, на что я бы сейчас сделала ставку, так как они одни из наиболее активных покупателей моды на данный момент.

Елизавета Давыдова

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.