Искусство — народу. Как в России воруют объекты паблик-арта

После инцидента с объектами Андрея Люблинского, которые стояли по периметру фасада ДК Газа, мы решили рассказать о случаях вандализма и краж в мире паблик-арта.

В мире искусства есть довольно четкое разделение на паблик-арт, уличное искусство и граффити. Паблик-артом считаются произведения, выполненные в городской среде на заказ. Это может быть объект, инсталляция, роспись, концептуальные и не очень, в любом материале, размере, с учетом общественного мнения и без. Уличное искусство  — практически тоже самое, но созданное по наитию и вдохновению, без материальной подоплеки. А граффити — это искусство и вовсе провокационное: чем укромнее и труднодоступнее место расположения, тем лучше.

Паблик-арт – это своеобразный инструмент заказчика, с помощью которого тот решает свои задачи в области декора, рекламы, привлечения дополнительной аудитории. Раз речь идет об общественном пространстве, то и заказчиком в данном случае выступают городские власти, крупные корпорации и реже частые лица.

Самыми продвинутыми городами в этом плане стали Нью-Йорк, Лондон, Берлин и Вена, где создание художественных объектов так или иначе заложено в бюджет любого нового масштабного строительства. В Нью-Йорке произведения паблик-арта встречаются буквально повсюду – их так много, что в городе уже издано несколько путеводителей по произведениям современного уличного искусства.

Знаменитая зеркальная фасолина Аниша Капура – проект «Облачные врата», установленный в Чикаго, – по количеству туристических фотографий может сравниться со статуей Свободы.

А скульптура Love Роберта Индианы дала название парку в Филадельфии и вызвала волну подражаний по всему миру.

Паблик-арт – это не обязательно объект. Так, в 2008 году в Нью-Йорке появилась работа Олафура Элиассона «Водопады». Это самые настоящие водопады: вода льется с верхнего уровня сооружений, похожих на строительные леса, куда подается с помощью насосов. Два водопада из четырех разместились возле манхэттенских пирсов, третий – возле одной из опор знаменитого Бруклинского моста, еще один – в нью-йоркской гавани.

Эстетическая ценность искусства – понятие довольно субъективное: даже при высокой оценке критиков и профессионалов зрителю оно может просто не понравиться. Однако профессиональная оценка существенно влияет на стоимость работы на рынке и ее ликвидность. Кражи в мире искусства занимают ныне 4-ое место по обороту денег вслед за такими преступлениями, как торговля наркотиками, оружием и отмывание денег. По некоторым оценкам, среди огромного числа пропаж в розыске находится около 500 работ Пикассо, 250 –  Шагала, 200 – Ренуара, 50 – Ван Гога и 100 — Дали.

Однако если с живописными работами мотивы и схема более-менее понятны, то с произведениями паблик-арта дело обстоит куда как сложнее.

В 2005 году в Британии трое неизвестных похитили статую, размеры которой достигали трех с половиной метров в длину и двух – в высоту и ширину. «Лежащая фигура», созданная модернистом Генри Муром, находилась на территории принадлежавшего ему поместья в графстве Хертфордшир. Скульптуру за считанные минуты подняли в кузов грузовика с помощью лебедки – прямо под камерами наружного наблюдения. После нескольких лет безуспешных поисков полиция пришла к выводу, что «Лежащая фигура» была переплавлена. Стоимость скульптуры составляла порядка $4,6 млн.

По статистике, преступления такого характера ежегодно приносят Британии ущерб в размере 700 тысяч фунтов. В 2011 году лондонская полиция сообщила о том, что в Скотланд-Ярде появится специальное подразделение по борьбе с хищениями металлических предметов. Угроза не подействовала: на следующий же день выяснилось, что из Далвич-парка исчезла скульптура Барбары Хэпуорт «Две формы». Ее оценили в $900000.

Но даже эти два примера довольно сложно применимы к российским реалиям. Дело в том, что практика внедрения произведений искусства в общественное пространство (при этом произведений не академического искусства, а именно актуального) существует в мире довольно давно. Жители Лондона прекрасно осознают стоимость произведений Генри Мура, сознательно бережно к ним относятся, а кражи в данном случае – дело затратное, масштабное и хорошо спланированное.

Паблик-арт — это довольно новое направление для России, где мир современного искусства и вовсе пугает без гида в виде критика, галереи, музея, подруги-искусствоведа. Поэтому вандализм у нас буйно процветает.

В 2015 году в Омске открылся фестиваль “Пространство множественности”. Меньше, чем через час украли объект Василия Мельниченко, который представлял собой двухметрового коня, поставленного у памятника городовому на Любинском проспекте.

Та же участь постигла объект «Метры помнят сантиметры»: несколько строительных рулеток, «выросших» на клумбе, а инсталляцию из пятнадцати пластиковых «цветов» и вовсе разрушили.

В Петербурге ежегодно проходил фестиваль “Арт-проспект” (в 2017 году он сменил место проведения на Бишкек). В 2013 году художники фестиваля размещали свои работы во дворах Литейного проспекта. Работы художников Александра Шишкина-Хокусая («Угловые касания») и Александры Гарт («После дождя») простояли меньше суток. После жалобы одного из жильцов в администрацию Центрального района и, несмотря на все согласования, работы убрали.

При этом недовольный жилец самостоятельно убрал работу Александры Гарт «После дождя»: по мысли мужчины, современное искусство могло поранить детей — в буквальном смысле. Работу складировали в дворницкую. Организаторы фестиваля, отыскав арт-объект, установили его в соседнем дворе.

Больше всего “нашумели” объекты Андрея Люблинского, которые поджигали, крали, демонтировали официально. Так, «Красные человечки» художника Люблинского, установленные в Перми осенью 2010 года, вызвали большой скандал. Многие жители города высказывали мнение, что скульптуры портят облик города. И в 2014 году, весной, по решению краевых властей скульптуры демонтировали.

Случай с объектами Андрея Люблинского на территории ДК Газа говорит о сознательности и избирательности граждан, укравших деревянные фигурки. Люди учатся ценить современное искусство. Это похвально.

Мария Туркина

28 июня