Латте-городки: зачем нам нужны креативные кластеры?

22:28, 19.04.2018


Социолог Дэвид Брукс в своей книге «Бобо в раю: откуда берется новая элита» с точностью биолога, открывающего новый вид диких зверей, описывал только сформировавшийся тип людей – богемную буржуазию. Позже их стали называть хипстерами или креативным классом. Исследуя образ жизни «бобо» (от фр. bourgeois bohemian, богемная буржуазия), социолог описывал места, где они предпочитают находиться, называя их латте-городками. Такие латте-городки есть в каждом мегаполисе, но в отличие от Брукса мы называем их креативными кластерами. Что это такое, зачем они нужны и почему это выгодно городу?

Точного определения креативным кластером нет даже в Википедии. Но чаще всего так называют пространство в городе, где под одной крышей расположены организации, которые занимаются креативным бизнесом, визуальным искусством и творчеством. Аудитория у таких мест соответствующая – едва ли вы встретите там условного сантехника-забулдыгу, но вот молодых ребят, которые разбираются в современной культуре и готовы ее поддерживать и продвигать – запросто. Успех кластеров во многом зависит от соблюдения баланса между профессиональной творческой деятельностью и частной жизнью людей – другими словами, народу хочется и культурно обогатиться, и вкусно поесть, и пройтись по магазинам. Поэтому в таких пространствах обычно есть множество ресторанов, баров и шоу-румов, не менее концептуальных, чем все остальные резиденты кластера.

 

«Распознать латте-городок несложно: это когда велосипедная дорожка приводит вас к букинистическому магазину, где полки завалены марксистской литературой, от которой хозяину уже не избавиться, после чего вы идете пить кофе в местечко с остроумным названием, а оттуда уже в лавку африканских тамтамов или феминистский магазин белья» «Бобо в раю: откуда берется новая элита», Дэвид Брукс.

 

В последнее десятилетие наблюдается большой рост количества креативных кластеров. И это вполне естественная реакция городов на мировую тенденцию развития творческих индустрий. Представителей этих самых «бобо» необходимо где-то разместить, дав им пространство для бизнеса, досуга и встреч. Творческая индустрия устойчиво развивается на протяжении последних лет и дает неплохую экономическую выгоду. Как показывают исследования, в главных странах Евросоюза доход от творческих кластеров и иже с ними составляет до 5% от общего ВВП страны.

Так что выигрывают страны, которые понимают важность создания креативных кластеров, осознают их экономическую выгоду и видят большой спрос на них у молодой аудитории. Например, англичане преобразовали целые индустриальные районы и создали в них столько эффективных творческих кластеров, что теперь они обеспечивают Лондону доход в 77 миллиардов фунтов в год, привлекая 15 миллионов гостей ежегодно. Англия поддерживает создание таких мест на городском и муниципальном уровне, включая их в туристические маршруты, а Британский совет даже подготовил методическое пособие по созданию творческого кластера.

Кроме малых предпринимателей и творческой аудитории, к креативным кластерам неравнодушны урбанисты, ведь создание оных тесно связано с одним из основных направлений в мировой урбанистике – ревитализацией промышленных зон. Десятки бывших хлебозаводов, ткацких фабрик, мануфактур и трамвайных депо становятся площадками для творческих пространств и кластеров, преобразуя город. Так что, вопреки известной поговорке, здесь за двумя зайцами погнались и поймали обоих. Избавились от заброшенных построек это особенно актуально для России, в которой советское прошлое упрямо пытаются оставить главной площади страны. А еще создали новые общественные пространства для жителей города.

Все эти плюсы давно были проанализированы западными экономистами, предпринимателями и городскими планировщиками, что привело к уверенному развитию креативных кластеров и их внедрению в инфраструктуру городов. Пик открытия таких пространств пришелся на первое десятилетие XXI века, а настоящим амбассадором креативных кластеров в мире выступает Лондон – в нем развита самая большая сеть творческих пространств, а в креативном секторе занят каждый восьмой житель столицы. В центральном Лондоне до октября 2017 года находился огромный Rainmaking Loft, вместивший в себя десятки правозащитных и общественных организаций, IT-стартапов и творческих студий. Его пришлось закрыть, потому что не выдержал конкуренции с другим кластером – филиалом американского WeWork. Компания называет сообщество своим основным ориентиром, а целью – «непросто построить красивые офисные помещения для совместного пользования, а создать сообщество единомышленников, в которое приходили бы индивидуальные “я” и становились частью “мы”». Кроме них в центре города расположился Huckletree, где помимо хакатонов, лекций, квизов и воркшопов по дизайну, ежедневно проходит групповая медитация для резидентов, а каждый месяц – встречи, на которых новички рассказывают о своем деле всему кластеру. А в сердце знаменитого Сохо обустроился W1.Nderland – дом для креативных организаций, баров и ресторанов. Не отстают и другие британские города – в Эдинбурге есть, например, CodeBase – самая большая площадка в Англии, объединившая разные IT-компании, а в Бирмингеме обустроили Impact Hub – пристанище для всей творческой интеллигенции города.

Берлин, будучи столицей «Берлинале» – одного из топовых событий в мировом кинематографе, не может не быть в тренде. Здесь креативные индустрии составляют 8,5% от общего дохода столицы Германии. Один из самых известных кластеров – ExRotaprin, расположенный в заброшенной фабрике печатных машин. Он  вмещает в себя ремесленные мастерские, социальные организации, книжные магазины и площадки для мероприятий. Сама фабрика обанкротилась еще в 1989 году, но только в 2004 году за нее взялись местные активисты, дав ей второй шанс. Художники совместно с архитекторами придали фабрике более современный вид, а помещения постепенно стали сдавать под офисы и студии. Окончательное завершение ремонтных работ случилось спустя 8 лет – с тех пор ExRotaprin полностью существует за счет сдачи в аренду 96 помещений.

Скандинавия тоже довольно рано начала преобразовывать промзоны в места обитания творческого класса. В Хельсинки в 2004 году благоустроили бывшее трамвайное депо, сделав его современной арт-площадкой Korjaamo. Теперь на месте гаражей стоят галереи, театральные и концертные залы, дизайнерские мастерские, книжные магазины, кафе и бары. А на главной сцене Korjaamo каждый год проходит Международный театральный фестиваль Stage. Кроме этого, в 2008 году финны создали самый крупный культурный центр Kaapelitehdas в Хельсинки на базе бывшей фабрики кабелей. Не очень привлекательное здание 1939 года строения  уже к 2008 году имело репутацию самого модного места в городе – под бетонными балками и высокой крышей обосновалось 12 галерей, шесть площадок для мероприятий, офисы для локальных медиа, кафе и рестораны.

В России начало развития креативных кластеров принято связывать с центром Artplay в Москве. Основатели выбрали территорию бывшего завода «Манометр» во многом из-за дешевой аренды. Впоследствии это превратилось в огромный культурный центр со специализацией на дизайне и дало толчок к развитию творческих кластеров в России. В Санкт-Петербурге первопроходцем считается команда «Этажей» – именно они первыми превратили бывшее здание хлебозавода в зону творчества. В 2007 году в лофте открылись прогрессивные выставки, редакции и мастерские, а сейчас «Этажи» – это один из must-see для тысяч туристов, приезжающих в Петербург каждый год.

Лофт-проект Этажи

В целом, любой подобный проект аккумулирует активных и творчески мыслящих горожан, предоставляя им площадку для развития и продвижения своих идей. Мировой опыт показывает, что создание креативных кластеров несет в себе экономическую выгоду для города, обустройство промышленных зон и обеспечение людей общественными пространствами и культурным досугом. Ко всему прочему, креативные кластеры – это рабочие места, а также возможность для развития творческих инновационных проектов, которые если и не приведут нас к светлому будущему, то хотя бы разбавят серость настоящего.

Так что, живя в 2018 году, правильно будет говорить не «Заводы стоят, одни гитаристы в стране», а «Заводы стоят просто так, поэтому в них нужно создать новые творческие кластеры».

Полина Агеева