Мир постправды: как не сойти с ума от информационного шума?

21:01, 02.04.2018


Трагедия в Кемерово разделила жизнь россиян на «до» и «после». В СМИ и блогосфере поднялась буря непроверенной информации. До сих пор есть несколько неразъясненных моментов в этой ситуации: кто виноват и сколько человек пострадало при пожаре в «Зимней вишне»? Ясно одно —  это трагедия общенационального масштаба. Это понимают все. А потому идут на станции переливания крови, несут цветы и мягкие игрушки в места траура в своем городе. Но что делать с информационным потоком, льющимся отовсюду? Массовое тиражирование информации должно в современном мире?

 

До трагедии в Кемерово информация о пожарах и работе МЧС в России распространялась в СМИ и социальных сетях в качестве рядовой. Новости были проходными. Их было не так много, как после трагедии. Несмотря на то, что они и являлись социально-значимыми, они не влияли на общественное сознание. Не было митингов и протестов. Максимально, где можно было увидеть общественное мнение — блоги и социальные сети.

  • Статистика пожаров в России за янв-сент. 2017

Все изменилось 25 марта. Публикации со словом «пожар» в СМИ и социальных сетях возросли в несколько раз. В зависимости от источника информации выдвигалось несколько версий причин возгорания в ТЦ «Зимняя вишня», а также распространялась информация о количестве жертв. Изначально было официально заявлено о 64 погибших. Однако в Интернете выдвигались версии о более 300 погибших. При этом люди ссылались на совершенно разные и неподтвержденные источники информации. Зачастую это были скриншоты переписок в мессенджерах. Ситуацию усугубил украинский пранкер Евгений Вольнов (наст. имя Никита Кувиков), который звонил в морги Кемерово и спрашивал, готовы ли там принять 300 погибших из сгоревшего торгового центра.

 

Когда происходит какое-то чрезвычайное происшествие, начинаешь видеть сообщения только об этом. Падает самолет  — из всего массива новостей глаз выискивает новости о авиапроисшествиях. Тонет корабль — всюду видишь сообщения о подобном. Или как сейчас — трагедия в Кемерово. И все мысли только об этом, конечно. Случаи возгораний теперь — это главные новости. Убежден, что так устроена человеческая психика. Этому способствуют и рапорты властей. Ведь все эти чиновники, почему-то, теперь считают нужным сообщить какие они молодцы, сколько ЧС они предотвратили, сколько торговых центров проверили (причем проверили на камеры, с толпами провластных журналистов). 

Максим Ярыгин, выпускающий редактор «Эхо Москвы» в Санкт-Петербурге, автор «Медузы

Причинами распространения о различных источниках возгорания и числе погибших можно назвать недоверие властям. И это оправдано. В истории современной России были случаи, когда власти намеренно умалчивали количество жертв, опасаясь протестов граждан. Например, захват заложников в школе Беслана, где на деле было более тысячи заложников (1128 чел.), в то время как официальные источники утверждали о 350. Или теракт на Дубровке, где при штурме «Норд-Оста» спецназом использовался газ, состав которого по непонятным причинам не раскрыт до сих пор. Уверенность людей в том, что сведения властей — есть ложь, помогает распространению альтернативных версий.

 

Последствия печальны. Люди, подверженные влиянию информационного потока, вливаются в него сами и следом распространяют непроверенную информацию. Так это сделал кемеровский врач линейной бригады скорой помощи, который заявил на митинге: «300 погибших точно!» Он признался позднее, что руководствовался только информацией из социальных сетей. За ним последовали паблик MDK, стендап комик Данила Поперечный и телеведущая Ксения Бородина. Уже после они принесли извинения за распространение фейков. А youtube-блоггер kamikadzedead, напротив, уверен, что врача скорой помощи запугали власти, из-за чего он был вынужден лгать.

Кому здесь верить — неизвестно. А само распространение информации вызвало конфликт между федеральными каналами и блогосферой. Первые утверждали, что публичные высказывания на социально-значимую тему — «танцы на костях», ведь блогеры, якобы, хотели самопиара. По их мнению, в частности, «хайпанул на всеобщем горе» (Д. Киселёв) Николай Соболев, когда выложил ролик, посвященный трагедии в Кемерове. Он, якобы, говорил, что реальное количество жертв замалчивают. Но в ролике блоггера, как и на его личной странице во ВКонтакте, было указано, что «все сливы и вбросы — это непроверенная информация». Попытка демонизировать Интернет федеральным каналам отчасти удалась — целевая аудитория ТВ поверила и не стала перепроверять информацию. Это доказывают комментарии пользователей в сторону стендап комика Данилы Поперечного, которого обвинили в «хайпожорстве», хотя ни одного ролика, посвященного трагедии в Кемерове, он не выкладывал.

 

С одной стороны, доступность информации — это здорово, одним кликом ты можешь узнать о последних событиях, происходящих в мире. Но, с другой стороны, любая информация может быть искажена.
Касаемо трагедии в Кемерово, общество поделилось на 2 лагеря. Первые сочувствуют, соучаствуют, воспринимают эту трагедию как личную, участвуют в митинге и так далее.
Вторые пишут буквально такие строчки: «Меня уже достали постоянные посты в социальных сетях о пожаре в Кемерово!». Люди ссылаются на мнение, что в мире и так каждый день что-то случается, падают самолёты, умирают люди, так было всегда и будет.
При возникновении любой чрезвычайной ситуации, касающейся семьи, родного города, страны, человек начинает думать, что он не защищён, уязвим. Напуган тем, что не может обеспечить себе полную безопасность. Он осознает, что есть факторы, которые ему неподвластны и ответственность за которые несут другие люди. Эта трагедия объединила людей в масштабные группы, которые разделяют траур последних событий (участвуют в митингах, возлагают цветы, подписывают петиции). Это объясняется тем, что одному не справиться, а в группе нейтрализуется чувство страха, таким образом каждый из участников обеспечивает себе безопасность — базовую человеческую потребность.
Возвращаясь к вопросу о ежедневной тиражированности трагедии в СМИ, могу сказать, что психика человека устроена таким образом, что сначала мы получаем информацию извне, обрабатываем её, далее даём ей свою оценку, подключая чувства, эмоции, переживания. И если один и тот же человек будет натыкается снова и снова на бесконечные статьи об одном и том же, он не сможет воспринять эту информацию по-новому, так как его мозг распознаёт её как прожитый опыт.

Анастасия Петренко, психолог-консультант, ведущая закрытой группы по психологической поддержке

Стоит признать, что на данный момент мы живем в мире постправды, где в качестве решающего аргумента стал приниматься не факт, а эмоции. А если кто-то попадает под влияние этой постправды, его бесполезно переубеждать фактами. В нашей новой данности большинство потребителей информации не обладает критическим восприятием, либо оно снижено. С другой стороны, некоторые из нас подаются в информационный нигилизм и не верят никому вовсе. В мире постправды необходимо выработать в себе критическое мышление и умение перепроверять источники, ведь мы с вами живем в информационную эпоху, где ложь или слух могут стоить репутации, бизнеса или даже жизни.  

Дарья Горшенина

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: