Культура насилия в современном обществе. Реальном и виртуальном

Когда лежишь в снегу и пытаешься закрывать голову руками, чаще всего пытаешься как-то структурировать произошедшие события и выяснить, почему ты тут оказался, почему ситуация дошла до прямого конфликта и зачем это нужно нападающим.

Если отбросить всю шелуху оправданий и лицемерия, если перестать оправдывать агрессора и перекладывать вину на алкоголь, воспитание и сложную ситуацию в стране, ответ будет не самым обнадеживающим: тебя бьют, потому что ты слаб.

Обезьяна видит, обезьяна делает. Обезьяна видит возможность проявить силу, обезьяна ее проявляет. Можно обвинять ее, можно называть ее нецивилизованной и бессмысленно жестокой, но когда кто-то получает возможность проявить силу, немногие способны остаться человеком.

abuse3

Интернет и социальные сети дают такую возможность всем, и поэтому мы имеем счастье наблюдать, как жирная туша насилия и агрессии переползает из подворотен и круглосуточных ларьков в огромный информационный бассейн. Больше не нужно рисковать, чтобы покормить обезьяну внутри. Больше не нужно быть смелым, чтобы быть плохим. У нас появился целый вагон возможностей для кибер-насилия.

Главное его преимущество – в том, что агрессор почти всегда остается недосягаем и в случае чего может оправдаться тем, что «это просто интернет». Степень личной ответственности снижается настолько, что оправдать себя можно практически за любой акт кибер-агрессии — от безобидного оскорбления в комментариях под фотографией до распространения личной информации жертвы без ее согласия.

По приблизительным подсчетам петербургской полиции за первые 6 месяцев этого года сексуальному шантажу в соцсетях подверглись около 6.000 человек. Но с заявлением к правоохранителям обратились около трехсот девушек, которым предлагали простой выбор: за то, чтобы их интимные снимки не попали в открытый доступ, нужно было заплатить или оказать шантажисту «сексуальную услугу».

Прогремевшая на весь Интернет акция #яНеБоюсьСказать собрала невообразимое количество оскорбительных и унизительных для жертв комментариев. Девушек называли «пуховыми овцами», обвиняли во лжи и написании фанфиков.

abuse1

Стремление к доминации живет в каждом из нас, и каждый из нас будет рад поставить себя выше кого-то другого — побив, если хватит сил, публично унизив и высмеяв, если хватит обаяния, анонимно заклеймив и оскорбив, если представится такая возможность.

Культура насилия целиком строится на праве сильного, которое, в свою очередь, регулирует некую «естественную» иерархию: чем чаще агрессор доказывает, что он сильный и чем чаще унижает слабых, тем  ближе он к вершине пирамиды.

И, конечно же, унижая тех, кто хочет вырваться из закрепленного для них места внизу пищевой пирамиды, он не просто ставит своих жертв на место, но и сам приподнимается чуть выше. Это закрепление слабых за своим положением, за своей социальной ролью, является основой патриархальной системы ценностей, которая неразрывно связана с культурой насилия.

abuse6

Наше общество веками выстраивалось с позиций патриархальности. В нем поощрялось не только насилие, но и закрепление права на насилие у определенных групп. Мужчине практически всегда позволено менять свое положение в пирамиде. Проявляя силу, он действует в тех же рамках патриархальной культуры насилия, что и поддерживает само существование пирамиды.

Если копошение происходит у ее основания — женщины грызутся с женщинами, дети с детьми — общество склонно воспринимать это как норму. Но если тот, за кем закреплена роль жертвы, пытается сбросить с себя это ярмо, он подвергается еще большему давлению.

Это не означает, что положение полностью безнадежное — патриархальная культура получает все больше и больше тычков в лицо по всему миру, но до счастья, равенства и братства еще очень далеко. Пирамида находится в постоянном движении с тех пор, как какие-то парни вроде Боккаччо или Мора начали рассуждать о гуманизме, и хорошенечко встряхнулась, когда советы завалили царя и потоптали его самодержавный огород.

abuse2

Мы поддерживаем пирамиду своим молчаливым согласием и принятием насилия как метода социального и личностного утверждения. Не только физического насилия, но и устного, нравственного, и, конечно же, интернет-насилия. И недостаточно просто уметь защитить себя: рядом с нами множество людей, которые не могут справиться c это жестокостью сами.

Человек обычно задействует свои самые сильные стороны, особенно когда самореализуется за чужой счет, так что он как минимум хорош в том, что делает — пинает ли он мальчишку из младших классов или пишет в интернете о том, что гомосексуальность противоестественна. Но если другого выхода нет — что поделать, иногда придется вступаться за слабых даже без надежды на успех.

abuse5

Кто-то все время пытается вырваться, изменить свое положение в пирамиде, перестать быть тихой жертвой или забраться еще выше. Так что при любой возможности пнуть по этой пирамиде – надо пинать, при любом поползновении человека согнуть спину под тяжестью права сильного – надо действовать. Ставя себя на один уровень с жертвой и помогая ей, мы уже вытаскиваем по кирпичику из этой мерзкой пирамиды.

Автор: Михаил Кулешов

Иллюстрации: Kate Evans

14 декабря